Фактура

Какой быть Думе Тольятти, решили охранник и завхоз

Какой быть Думе Тольятти, решили охранник и завхоз

Я не верю в срочность, с которой глава Тольятти Сергей Анташев собрал внеочередное заседание гордумы шестого созыва. Прямо скажем — срочность аварийную. При этом на самом заседании, мэр сидел, скрестив...
03.10.2018

Культура

Писатель Владимир Козлов:.

Писатель Владимир Козлов:...

Известный писатель и режиссер Владимир Козлов (на фото) прокомментировал идею жу...
05.10.2018

Город ZERO

Ноу криминалити...

Ноу криминалити...

Парламентарии и силовики не заметили материал про авторитетного депутата Дуцева и лидера ОПГ Шейкина, - пишет портал «Парк Гагарина». Новостной сайт News163.ru,...
11.06.2018
Мы в социальных сетях:

В областном суде началось слушание дела об убийстве Лизы Васиной и Алены Косаревой. Подозреваемый недоволен тем, как прошло расследование уголовного дела.

 

Вчера в Самарском областном суде состоялось заседание по делу Михаила Назарова: статья 125 УПК РФ «Судебный порядок рассмотрения жалоб». 

Михаил Назаров, 25 лет, неоднократно судимый, в том числе по статьям «изнасилование» и «разбой», особую известность получил после летней трагедии с двумя девушками. 

Эту историю знают наизусть все неравнодушные самарцы. 16-летние Лиза Васина и Алена Косарева пропали в Самаре ночью с 23 на 24 июля. Их искала полиция, родственники, сотни волонтеров. А нашли две недели спустя – мертвыми. 

Михаил Назаров с его несовершеннолетней подругой Татьяной Г., задержанные за разбой, указали место на берегу Волги в районе спуска Шмидта, где полицейские и обнаружили тела Лизы и Алены. Михаил вместе с Татьяной, якобы, решили ограбить школьниц, а потом задушили их в квартире дома на проспекте Ленина. Официальной информации об изнасиловании нет. Судя по высказываниям в Интернете, народ этому не верит. 

О Назарове идут жаркие дискуссии: главный он злодей или «пешка», убивал он сам или покрывает своих боссов, единичный это случай или преступная схема... Спорщики сходятся в одном: Михаил Назаров – виновен, вопрос лишь в степени его вины и вины тех, кого он покрывает. Однако не будем забывать о презумпции невиновности. Следствие еще не закончено.  

Сам Назаров вины не признает.  

 

Заседание начнется «приблизительно» 

Может, неуместно в таком трагическом деле цитировать детские сказки, но пребывание в судебных коридорах рождает порой весьма странные ассоциации. Помните, как Карлсон говорил Малышу: «Я прилечу приблизительно»? Иными словами, когда вздумается. Вероятно, чиновники (не только судебные) взяли на вооружение хитрое расписание Карлсона. Ничем другим не объяснишь, что у нас почти в любом учреждении время всегда «приблизительное».

Рассмотрение апелляции Назарова назначено было на 10 утра. А началось (и тут же закончилось) уже после 12-и. Почти два с половиной часа ожидания ради семи минут дела. Как это по-нашему!  

Обычно время коротают в разговорах. Рядом со мной на скамье сидит «сторона Назарова», то есть его адвокат и, по всей видимости, мать. В руках у них какие-то бумаги. Мать – моложавая, ухоженная женщина. Адвокат – совсем юная на вид, но уверенная в себе, что называется, девушка с характером. Говорю: «Простите, вы по делу Назарова?» Мать едва удостаивает меня взглядом из-за плеча. «Не мешайте нам разговаривать», - высокомерный ответ. «Ничего не хотите сказать читателям «Самарских известий»?» - «Я вам уже сказала...» - «Очень жаль. Хотелось узнать ваше мнение, чтобы не давать пищу слухам, сплетням». Женщины отмалчиваются. 

Не стану рассуждать о профессиональном долге журналиста (здесь я новичок), но мне по-человечески интересно выслушать обе стороны. Только так можно прийти к какому-то заключению, а уже потом претендовать на воссоздание объективной картины. Иначе получится только: «Бей гада!» и борьба с чудовищами, порожденными собственным воображением.

 

«Кино не состоится»

Наконец пристав произносит долгожданные слова: «По делу Назарова – пройдите». 

Заседание ведет судья Наталья Горбуль. 

Прокурор сидит за кафедрой с микрофоном. Адвокат – точно за такой же кафедрой напротив. Клетка пуста. На стене – большой экран: все готово для видеосвязи. Немногочисленная пресса предъявляет удостоверения, и судья командует: «Начинайте».

На экране появляется молодой человек в черном свитере, руки за спиной. Он смотрит на нас через решетку. Лицо немного размыто, но голос звучит отчетливо. На вопрос о ходатайствах уверенно отвечает: «Нет» и садится. 

Назаров, в общем, парень как парень. Но смотришь на экран – и дрожь берет. 

Страшно представить, сколько всего успел натворить Михаил за свои первые четверть века. По версии следствия, он причастен к целому ряду преступлений, среди которых — незаконное лишение свободы, похищение, изнасилования и разбой. Не каждый убеленный сединами рецидивист может похвастаться таким «послужным списком». Что это – месть обществу, извращенная жажда славы? А может, он просто испорченный мальчик, заигравшийся во взрослые игры? И вот теперь сидит и строчит жалобы – одну из другой...  

Из судейской скороговорки узнаем суть. Следователь, ведущий дело Назарова, отказал Михаилу в очной ставке с Татьяной Г. Самарский районный суд не признал действия следователя незаконными. Теперь подана апелляцию в областной суд. 

Адвокат: «Уважаемый суд! Прошу заметить, что все обвинения основаны лишь на показаниях Татьяны Г. Следствие, напротив, могло бы воспользоваться очной ставкой между Назаровым и Татьяной для скорейшего выяснения истины. Считаю, что нарушены конституционные права моего подзащитного». 

Назаров на экране снова поднимается и почти слово в слово повторяет речь адвоката. Потом добавляет: «У следователя вечные «отмазки». Мол, за жизнь Татьяны он опасается. А у самого никаких действий. Разобраться не дает».

Прокурор: «Ваша честь, жалоба вообще неправомочна. Суд не вправе давать указания органам следствия, какие действия проводить, а какие – нет».

После этой фразы становится понятно, что «кино не состоится». Действительно, заседание быстро сворачивают. Постановление предсказуемо: «Производство по данной жалобе прекратить, поскольку следственные действия не подлежат судебному контролю». 

Экран гаснет. Все молча покидают зал.

Какую следующую жалобу услышим мы от Назарова? Возможно, она будет справедливой и обоснованной. В жизни всегда есть место жалобе. 

Только тем, кто лежит в земле, жаловаться уже не на что. 

Анна Штомпель

 
36-й
кадр

Фотовзгляд
Юрия
Стрельца