Фактура

Нигаматзянов, верни наши деньги! (ВИДЕО)

Нигаматзянов, верни наши деньги! (ВИДЕО)

Жители Тольятти жалуются на авторитетных бизнесменов, которые оказывают на них давление. Речь идёт о Руслане Нигаматзянове - предприниматель долгое время фигурировал, как член ОПГ Игоря Ильченко (Игривый). Сегодня он контролирует...
16.09.2019

Культура

Фотографы-экстремалы ответ...

Фотографы-экстремалы ответ...

В Самаре 29 октября в галерее «Новое пространство» Самарской областной универсал...
25.10.2019

Город ZERO

Ноу криминалити...

Ноу криминалити...

Парламентарии и силовики не заметили материал про авторитетного депутата Дуцева и лидера ОПГ Шейкина, - пишет портал «Парк Гагарина». Новостной сайт News163.ru,...
11.06.2018
Мы в социальных сетях:

Соратник генерального космического конструктора Альберт Рахнович рассказывает о времени и о себе

«Самарские известия» начинают публикацию некоторых глав из будущей книги, предварительное название которой вынесено в заголовок этого текста. Эта книга о прошлом, которое до поры было закрытой темой в закрытом городе Куйбышеве. Тема эта – космос, события и люди с ним связанные. Она и о сегодняшнем, и о будущем. Потому что в этом мире ничего не исчезает бесследно, многое остается на виду и продолжает жить своей жизнью. Как этот дом, занимающий целый квартал на проспекте Ленина. Как та же ракета, венчающая Музей космонавтики и так далее, и так далее… Ну вот мы подошли к главному. Кто в Самаре не знает Дмитрия Ильича Козлова? Вопрос риторический – это имя известно каждому. Его увековечил сам народ, присвоив дому, в котором он жил, название «Козловский». А вот о его заместителях и ближайших сотрудниках почти ничего не известно.  А их у Козлова было одиннадцать – целая футбольная команда. Об одном из них мы и хотим рассказать. Знакомьтесь: Альберт Германович Рахнович, заместитель Козлова по строительству, теперь уже бывший.

Поезд идет на Восток

Окончив Куйбышевский инженерно-строительный институт, Альберт Рахнович, не долго думая, подписал назначение в Бодайбо. Он, конечно, предварительно вычитал в энциклопедии, что Бодайбо основан в 1864 году как приисковая резиденция (склад грузов). А годом ранее поисковая партия иркутского купца Михаила Сибирякова обнаружила в бассейне речки Бодайбо, притока реки Витим, золотоносную россыпь. 10 (23) июня 1903 года в Петербурге по ходатайству жителей Бодайбинской резиденции последний русский царь Николай II подписал указ о присвоении поселку статуса города. В общем, приблизительно знал, куда ехал. Но столкновение с действительностью оказалось для него не простым и развеяло юношеские мечты. Они быстро улетучились, «как сон, как утренний туман» над сибирской рекой.

Все мы в юности были склонны к романтике и авантюрам. В хорошем смысле этого слова, разумеется. А тут такая возможность – повидать дальние края, поохотиться в тайге – что может быть заманчивее?! Да и трест «Лензолото» (теперь – «ООО») звучало солидно и загадочно, напоминая читанные когда-то романы и американские вестерны. И вот молодой специалист, инженер-строитель Альберт Германович Рахнович, собрав не слишком толстый чемодан, садится в поезд «Куйбышев-Москва», а потом – на самолет Москва-Иркутск, а потом опять на поезд – всего больше пяти тысяч километров проехал, пролетел до встречи с ближайшим будущим. Не прошло и недели, как он добрался до пункта назначения – в знаменитый город Бодайбо Иркутской области. С первого взгляда населенный пункт со столь громким названием показался ему чересчур невзрачным и весьма запущенным. Во всяком случае, небоскребов и золотых куполов он не увидел, все больше старые приземистые домишки с кривыми оконцами и заплатами на крышах. «А чего ты, собственно, ждал? - спросил его внутренний голос. – Романтика – она такая…». Какая на самом деле романтика ждет его на новом месте, он скоро узнает. А пока надо было как-то устраиваться на ночлег. И тут его поджидали сюрпризы.

Первая ночь

Рассказывает Альберт Рахнович:

- Первый день моего пребывания в Бодайбо был до отказа насыщен приключениями. Для начала выяснилось, что в кабинете, который мне  предоставили, накануне убили охранника, и тело утопили в проруби. Веселенькое новоселье, ничего не скажешь. Ладно, живем дальше. Устроили меня на первое время в гостиницу. В четырехместном номере на первом этаже я один. Устал с дороги, скорее бы до кровати добраться. Лег и сразу уснул. Сплю…

Вдруг часа в три ночи раздается звон разбитого стекла и на меня летит все, что было на столе: килька, хлеб, водка, стаканы. Оказывается, ночью ко мне в номер поселили геологов. Они вышли из тайги, обросшие бородами, и вид у них был вполне разбойничий. Наверное, решили отметить возвращение. И так хорошо отметили, что дело дошло до выяснения отношений. Очень, надо сказать, экзотическим образом. А может, это у них так было принято, не знаю. Короче говоря, вижу я рядом с моей койкой трех мужчин, один из которых по пояс голый. Коллега его держит, а третий опасной бритвой нарезает у него на спине ремни. Кровь хлещет во все стороны: на перевернутый стол, на кровать, на стены, на пол – все залито кровью. Я спросонок ничего понять не могу, натянул штаны и бежать. Прибегаю к дежурной, говорю: «Вы меня куда поселили, в тюрьму что ли?» Она начала меня успокаивать, видимо, для нее это было не ахти какое происшествие. «Не беспокойтесь, - говорит, - сейчас разберемся».

Бывает же такое стечение обстоятельств: в тот же день в Бодайбо приехал в командировку прокурор Иркутской области. Ночевал он в той же гостинице, только в другом номере. Разбудили мы его, объяснили, в чем дело. Он звонит в милицию, чтобы выслали наряд, а они ему отвечают, что прислать некого, люди будут только завтра. А прокурор им: «Вот я завтра всех и посажу». 

Не буду долго рассказывать, как я выколачивал там жилье, как жил и работал. Приведу только один пример, чтобы стало понятно кое-что о тамошних просторах, на которых разбросаны населенные пункты.

В командировку на территории одного Бодайбинского района нужно было добираться с двумя пересадками на двух видах транспорта: лошадь, вертолет, снова лошадь. Таким макаром попадаешь на прииск «Дальняя тайга», который находится на расстоянии 900 километров от города.

Все же коротко расскажу, чем я там занимался. Первое, за что я взялся, это – хлебозавод. У них там почему-то стал портиться хлеб. Испекут его, выставят «отдыхать», а он через некоторое время покрывается черной плесенью. Причину я нашел быстро. В экспедиции, где хранили буханки, проверил несущую стену – простукал ее, как врач грудную клетку больного. Впечатление было такое, что там пустота. Стали разбирать стену и обнаружили между кирпичами телогрейки заключенных. Здесь же раньше была лагерная зона, а когда ее ликвидировали, старые шмотки решили использовать в качестве тепловой изоляции. Таким образом кирпич экономили или воровали – не знаю. Эта ватная изоляция отсырела, слежалась и перестала выполнять свою функцию. Сырой холодный воздух легко проникал через нее, и хлеб плесневел. Пришлось заново стеночку перекладывать, убрав это тряпье. Сделали все, как полагается, сдали работу, подписали акт. Хлеб сохранили.

Вторая работа была – ремонт пивзавода. Тогда я впервые узнал, как варят пиво, разливают и т.д. Это уже было что-то вроде реконструкции: расширили площади, укрепили несущие конструкции. Затем наступила очередь цеха мороженого, который надо было построить фактически с нуля. Строили и жилые дома – двух- и четырехэтажные.

Женитьба

С Ларисой, своей будущей женой, Альберт познакомился еще в институте – учились вместе. В то время за ней ухаживал их однокурсник Герман К. Но она предпочла Рахновича, несмотря на его отъезд в места отдаленные. Впрочем, в те времена пример жен декабристов, благодаря урокам литературы в школе, был настолько заразителен, что наши девушки-комсомолки ни перед какими расстояниями не пасовали. В Сибирь – так в Сибирь, в тайгу – так в тайгу. Но прежде они писали друг другу письма, нельзя же было вот так сразу, требовалось проверить чувства… Будущая теща к тому же была против: подумаешь, молодой специалист – ни кола, ни двора, да еще у черта на куличках! Он даже письма Ларисе домой не посылал, только на Главпочтамт, до востребования.

Так продолжалось три месяца – с сентября по ноябрь, а в декабре Рахнович уже ехал в Куйбышев – на собственную свадьбу. Поезд пришел вечером, в одиннадцатом часу. Но Альберт, не дожидаясь утра, решил разыскать невесту. И нашел. Он всегда добивался, чего хотел. В последующие дни начались «официальные» знакомства: с его родителями, с ее родителями. А тут и Новый Год подоспел. Так два праздника для счастливых молодых соединились вместе. С тех пор прошло 55 лет, и недавно этот юбилей был отмечен в кругу родных и близких, детей и внуков, и даже правнуков.

А тогда Ларисе Рахнович пришлось оставить спокойную работу в проектном институте и ехать вместе с мужем в Бодайбо, где он уже приготовил ей должность в том же тресте, где работал сам. Она еще и подъемные получила, которых им хватило на дорогу туда и на первое время, чтобы не нуждаться. В Бодайбо они прожили, пока не истекли положенные три года, и решили вернуться в Куйбышев. За это время у них родилась дочь Ирина, появилось более-менее сносное жилье и кое-какое имущество. Однако тот, кто родился на Волге, не променяет ее ни на какой Витим и прочие таежные радости, как то рыбалка и охота, чем молодой инженер очень увлекся.

Рассказывает Альберт Рахнович: 

- Кончился мой трехгодичный срок по назначению, отработал я его честно, оформил документы, купил две турпутевки за границу – себе и жене. Приезжаем в Иркутск, а меня никуда не выпускают и жену тоже. Я в Бодайбо выписался, а нигде не прописался. А без прописки в то время ты вообще никто и звать никак. Но свет не без добрых людей. Женщина в турбюро оказалась душевным человеком и предложила прописать нас у себя на две недели. Таким образом, мы и уехали.

 

Юрий Хмельницкий 

Продолжение можно прочитать тут:  Жизнь под грифом «секретно» часть 2 

На фото: Молодой специалист Альберт Рахнович.

Дом в Бодайбо, где жил Альберт.

Фото из архива А.Г.Рахновича

 

 
36-й
кадр

Фотовзгляд
Юрия
Стрельца