Фактура

Story: пивная мамаша

Story: пивная мамаша

Второй по величине город Самарской области — Тольятти продолжает удивлять журналистов внутриполитическими скандалами и громкими разоблачениями в области ЖКХ. Тем более, что одни процессы часто тесно связаны с другими. Даже...
06.05.2019

Культура

Сборная Волги по Солнечной...

Сборная Волги по Солнечной...

Сегодня портал News163.ru публикует рецензию Николая Зайченко на совместный альб...
21.08.2019

Город ZERO

Ноу криминалити...

Ноу криминалити...

Парламентарии и силовики не заметили материал про авторитетного депутата Дуцева и лидера ОПГ Шейкина, - пишет портал «Парк Гагарина». Новостной сайт News163.ru,...
11.06.2018
Мы в социальных сетях:

Когда проезжаешь бывшее колхозное поле, ныне заросшее не только маленькими худосочными березками, но и вполне взрослыми деревьями, становится больно. Ведь, как правило, рядом с таким полем разрушенная ферма, а за ней заброшенная деревня, где остались одни старики. И совсем другое дело, когда видишь, как трактор бороной или плугом обрабатывает поле. 

Потянуло в родные края                                    

Возвращение к жизни заброшенных земель – картина не  для слабонервных. В этом я убедился, когда побывал в  Алексеевке, Кошкинского района Самарской области.  Хозяйкой этого поселка называют  Любовь Малышеву. Ее хорошо знают в районе и отзываются о ней с большим уважением. Я уже был у нее год назад. Она тогда рассказывала о том, что когда-то руководила собственным швейным предприятием в Нижнем Новгороде, но ее всегда тянуло в родные края.

В девяностые годы, когда развалился колхоз, и деревня стала хиреть, она хотела вернуться сюда, чтобы как-то спасти то, что еще осталось. Однако долго не могла решиться, потому что опыта и сельскохозяйственных знаний  не было. Конечно, это пугало. Но когда на ее родные земли пришли чужаки и за земельные паи стали предлагать крохи, она решилась, пришла и составила им конкуренцию. Стала поднимать количество зерна за пай и увеличивать денежные выплаты. Таким способом и стала отвоевывать у них землю. Первый год обрабатывали только 400 гектаров, хотя всего у пайщиков их было в три раза больше. Прибыли не было никакой, пришлось все отдать хозяевам земельных паев. На второй год земли прибавилось вдвое, в этом году ее стало 1200 гектаров. Еще готовится под пашню 300 гектаров, избавляется земля от уже выросших на ней деревьев. На будущий год запланировано подготовить еще один такой участок. Поля были сильно запущены: через год-другой они могли превратиться в березовые рощи, и там уже впору не хлеборобам работать, а лесорубам.

«Молодые» пенсионеры  

-  Начинают возвращаться те, кто давно уехал, - рассказывает Любовь Малышева. - Пока только временно, для ремонта родительских домов, чтобы после выхода на пенсию вернуться насовсем. Шутят, мол,  уезжали молодыми пацанами, возвращаемся  «молодыми» пенсионерами. Будем работать и обустраиваться. Здесь ведь не одно поколение наших предков жило.

Поселок производит приятное впечатление. Есть старые, полуразвалившиеся дома, но рядом уже стоят новенькие, в которых собирается жить «молодежь пенсионного возраста». По всему видно, что поселок возрождается. 

Сын брата – будущий фермер 

 Я спросил у Малышевой, почему главой крестьянского (фермерского) хозяйства является Дмитрий Богатов, несмотря на то, что она сама «правит бал»?

 - Это племянник, сын моего брата. Я зарегистрировала сельхозпредприятие на него, чтобы потом, когда мне придется уходить на покой, он без бюрократической волокиты продолжил начатое мной дело. Такая у нас была договоренность. Он живет здесь со своей семьей. Второй племянник тоже живет  и работает здесь, пока, правда, один: жена у него студентка, заканчивает учебу.

Поля забыли, что такое плуг

По моей просьбе Малышева показала мне уже возвращенные к жизни красивые ровные поля, которые  раскинулись зелеными и золотистыми пятнами. Увидел я и бедную, заросшую кустарником, иван-чаем и березками пашню, давно забывшую, что такое плуг.

-  Поля, оставшись без ухода, зарастают кленами и березой, - говорит хозяйка всех этих угодий. -  Нельзя допустить, чтобы такое богатство пропадало. Вот расчищаем поля. Это и есть рекультивация залежных земель в сельскохозяйственный оборот. Работа очень трудоемкая и затратная. Не просто очистить землю от поросли. Крупные деревья легче поддаются корчеванию, чем растительная мелочь. Под ножом бульдозера она  гнется, не ломается. Отдельные березки и клены укоренились капитально, а в высоту – 8 - 10 метров. Корчевали их, чем придется. Пахали, работали культиватором, боронами вычесывали коренья. Каждый гектар дисковали в три – четыре следа. Ведь от ввода земель в оборот напрямую зависит качество жизни людей. К сожалению, затраты по возвращению земли-кормилицы к жизни, государством не компенсируются.

Береза как символ… неблагополучия  

Березовые леса обычно появляются на полях и лугах после войн, реформ и социальных катаклизмов. Получается, что и сегодня береза - не только символ русской природы, но и одновременно символ социального неблагополучия и экологических кризисов.  

Вышел я из машины, стал под высокой березой, посмотрел вокруг. Что делается!  Деревья остановились все у зарастающей иван-чаем проселочной дороги.  Там, на другой ее стороне,  тоже березы и тоже остановились, не смея двинуться дальше, высылая впереди себя маленькие березки…

 Справка 

С 1 июля текущего года начала действовать новая процедура принудительного прекращения права пользования земельным участком из земель сельскохозяйственного назначения. До этого участок мог изыматься, если он не использовался в течение трех лет с момента предоставления. 

Процедура принудительного изъятия земель  включает в себя наложение административного штрафа с указанием срока устранения нарушений в использовании конкретного участка. Решение о сумме штрафа будут принимать специалисты территориальных органов Росреестра.  Наказание ощутимое: сумма штрафа для физических лиц может составить до 5 тысяч рублей, а для юридических лиц – 80-100 тысяч рублей. 

В Самарской области в результате интенсивной работы по вводу в оборот неиспользуемой пашни на сегодня из 200 тысяч га брошенных земель возвращен к жизни каждый пятый гектар. 

Виктор Еременко

 

 

 
36-й
кадр

Фотовзгляд
Юрия
Стрельца