Фактура

Меркушкин, вернись!

Меркушкин, вернись!

Этой авторской колонкой я хочу начать серию материалов, посвящённых итогам работы Дмитрия Азарова на посту губернатора Самарской области. Если помните, в сентябре 2017 года в Самарской области развернулась бурная дискуссия. Дескать,...
06.06.2020

Культура

Что почитать? "Иг...

Что почитать? "Игра в...

Журналист "Самарских известий" Анна Штомпель (её материалы и расследования можно...
25.05.2020

Город ZERO

Разыскиваются медицинские маски...

Разыскиваются медицинские маски...

В ЖЖ, опубликовал расследование о том, как спекулянты пользуются тем, что в Москве отсутствуют медицинские маски. В этой истории не поставлена точка:...
04.04.2020
Мы в социальных сетях:

В истории портала News163.ru, которая неразрывно связана с газетой «Самарские известия», закрывшейся в 2016 году по решению акционеров, уже были случаи, когда журналист менял профессию и внедрялся в те, или иные учреждения. Например, в 2014 году репортер «Самарских известий» устроился медсестрой в областную больницу им. Семашко. Факты о нарушениях, которые удалось добыть, были настолько сенсационными, что руководитель медиа-холдинга Дмитрий Сурьянинов запретил выпускать материал в печать. В том же году главврач этого медицинского учреждения Максим Карпухин уволился по собственному желанию. 

В 2016 году журналист Виталий Папилкин устроился чернорабочим на стройку физкультурно-оздоровительного комплекса (ФОК) в Костромском переулке, в Самаре. Возведением этого объекта занималась скандально известная фирма «С.И.Т.И», получающая в Самарской области до сих пор самые «вкусные» государственные подряды на строительство. Этот текст доступен для читателей нашего портала.

Но новый репортер из команды News163.ru Денис Кириллов превзошел всех. Он устроился санитаром в тюремную психиатрическую больницу. По понятным причинам мы не указываем название спецучреждения. Сегодня читайте первый репортаж из дневника, который он ведет. В ближайшее время News163.ru планирует выпустить серию материалов, посвященных тому, как живут пациенты и санитары в этом закрытом учреждении.  

Слово — автору.

Мой рассказ об учреждении «концлагерного» типа, куда мне чудом удалось внедриться. Я работаю здесь санитаром. Эта должность по статусу даже ниже младшего инспектора Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН).

Несколько дней в неделю я "на сутках" — дежурю в психиатрической больнице специализированного типа с интенсивным наблюдением при Управлении ФСИН. Здесь находятся заключенные. Все пациенты размещены по камерным палатам, оснащенные надежными металлическими дверьми, которые закрываются на ключ. Унитазов и раковин в палатах нет. Пациентов выпускают в туалеты строго в определенное время. Обычно в туалетном помещении скапливается сразу несколько человек. Часто собирается толпа. Все они терпеливо ждут своей очереди. Бывает, что не каждый успевает справить нужду.

По команде заключенных загоняют всех обратно в палаты. Поэтому, чтоб успеть сходить в туалет, пациенты иногда бегут по коридору в уборную, словно табун лошадей.

Они мочатся одновременно, умудряясь использовать один писсуар: по два, а то и по три человека.

В учреждении, где я работаю, содержатся не просто душевнобольные люди. Это преступники, к тому же задержанные за весьма щекотливые нарушения.

Что еще меня поразило? Пациентов постоянно контролируют, за ними осуществляется тотальная слежка. На просьбу заключенного выпустить его в туалет, ему обычно отказывают. Причем, в грубой форме. Поэтому несчастные либо вынуждены терпеть, либо... мочиться в полиэтиленовый пакет. 

С этим связана дикая история, случившаяся во время моего дежурства.

Как правило, пациенты стараются быстро избавляться от пакета с мочой. И часто выбрасывают его в форточку. И вот, в один из таких дней, несколько «режимников» – инспекторов ФСИН были у фасада одного из зданий на территории учреждения. Они стояли, курили сигареты и весело болтали. В этот момент со второго этажа лечебного отделения внезапно вылетел пакет с мочой. Хлопок! И он разбивается об асфальт. На стоявших поблизости сотрудников ФСИН (двух мужчин и девушку) попали брызги. 

Пациента, выкинувшего в форточку пакет, оперативно вычислили и жестоко наказали. Перед тем, как его «распяли», бедняга отчаянно сопротивлялся.

Что такое быть «распятым»? Обычно так мучают провинившихся заключенных. 

Мужчину повалили на пол, удерживая за руки и ноги. С такими ФСИНовцы не церемонятся. Но этот, даже находясь в положении Христа, брыкался что есть мочи, тщетно надеясь высвободиться. Но после того, как на него верхом села рослая девушка в камуфляже - инспектор ФСИН, шансы избежать наказания оказались равны нулю. Ему даже дергаться теперь было невозможно.

Сидя верхом на мужчине, «амазонка» из ФСИНа громко крикнула стоявшей по близости молодой медсестре: «Давай, втыкай!» После этого измотанному побоями пациенту сделали болезненный, моментально сковывающий все тело, укол. Сильнодействующий препарат сделал свое дело. 

На моих глазах мужчину не просто избили, его раздели до гола и уложили на специальную шконку (кровать). Такие шконки расположены в отдельных помещениях, чтобы другие больные не смогли помочь бедняге, или как-то облегчить его страдания. И вот, туго привязанный на долгие недели, почти не двигаясь, он вынужден лежать и терпеть боль. Без еды, и часто без воды. Беззащитный, без трусов и на клеенке. Я видел, как он стонет, просит развязать его, дать попить… В такие моменты над ним глумятся еще больше. 

Потом его все-таки кормят. Это разрешают сделать одному из пациентов. А медики и силовики наблюдают, злорадно ухмыляясь.

Выжил ли этот мужчина? Мне не известно. Те, кто долго тут работает, рассказывают, что смертельные исходы во время таких пыток — это норма.

Продолжение следует...

Денис КИРИЛЛОВ

 
36-й
кадр

Фотовзгляд
Юрия
Стрельца