Фактура

"Самара-Арена" захрустела

"Самара-Арена" захрустела

Сегодня, 17 февраля, источник новостного сайта News163.ru сообщил, что на "Самара-Арене", цитата: "лопнули две несущие балки". Речь идёт о конструкциях, которые держат купол спортивного сооружения. Всех, кто был в этот...
17.02.2021

Культура

Что почитать? Тайны запасн...

Что почитать? Тайны запасн...

Никогда не думал, что это напишу, но тем, кто увлекается историей (причем, не то...
13.04.2021

Город ZERO

Город «для остальных»...

Город «для остальных»...

Мэрия Самары и жители этого российского мегаполиса живут в разных городах. Допускаю, что даже на разных планетах. Поскольку, я никогда не работал...
28.12.2020
Мы в социальных сетях:

В областном суде началось слушание дела об убийстве Лизы Васиной и Алены Косаревой. Подозреваемый недоволен тем, как прошло расследование уголовного дела.

 

Вчера в Самарском областном суде состоялось заседание по делу Михаила Назарова: статья 125 УПК РФ «Судебный порядок рассмотрения жалоб». 

Михаил Назаров, 25 лет, неоднократно судимый, в том числе по статьям «изнасилование» и «разбой», особую известность получил после летней трагедии с двумя девушками. 

Эту историю знают наизусть все неравнодушные самарцы. 16-летние Лиза Васина и Алена Косарева пропали в Самаре ночью с 23 на 24 июля. Их искала полиция, родственники, сотни волонтеров. А нашли две недели спустя – мертвыми. 

Михаил Назаров с его несовершеннолетней подругой Татьяной Г., задержанные за разбой, указали место на берегу Волги в районе спуска Шмидта, где полицейские и обнаружили тела Лизы и Алены. Михаил вместе с Татьяной, якобы, решили ограбить школьниц, а потом задушили их в квартире дома на проспекте Ленина. Официальной информации об изнасиловании нет. Судя по высказываниям в Интернете, народ этому не верит. 

О Назарове идут жаркие дискуссии: главный он злодей или «пешка», убивал он сам или покрывает своих боссов, единичный это случай или преступная схема... Спорщики сходятся в одном: Михаил Назаров – виновен, вопрос лишь в степени его вины и вины тех, кого он покрывает. Однако не будем забывать о презумпции невиновности. Следствие еще не закончено.  

Сам Назаров вины не признает.  

 

Заседание начнется «приблизительно» 

Может, неуместно в таком трагическом деле цитировать детские сказки, но пребывание в судебных коридорах рождает порой весьма странные ассоциации. Помните, как Карлсон говорил Малышу: «Я прилечу приблизительно»? Иными словами, когда вздумается. Вероятно, чиновники (не только судебные) взяли на вооружение хитрое расписание Карлсона. Ничем другим не объяснишь, что у нас почти в любом учреждении время всегда «приблизительное».

Рассмотрение апелляции Назарова назначено было на 10 утра. А началось (и тут же закончилось) уже после 12-и. Почти два с половиной часа ожидания ради семи минут дела. Как это по-нашему!  

Обычно время коротают в разговорах. Рядом со мной на скамье сидит «сторона Назарова», то есть его адвокат и, по всей видимости, мать. В руках у них какие-то бумаги. Мать – моложавая, ухоженная женщина. Адвокат – совсем юная на вид, но уверенная в себе, что называется, девушка с характером. Говорю: «Простите, вы по делу Назарова?» Мать едва удостаивает меня взглядом из-за плеча. «Не мешайте нам разговаривать», - высокомерный ответ. «Ничего не хотите сказать читателям «Самарских известий»?» - «Я вам уже сказала...» - «Очень жаль. Хотелось узнать ваше мнение, чтобы не давать пищу слухам, сплетням». Женщины отмалчиваются. 

Не стану рассуждать о профессиональном долге журналиста (здесь я новичок), но мне по-человечески интересно выслушать обе стороны. Только так можно прийти к какому-то заключению, а уже потом претендовать на воссоздание объективной картины. Иначе получится только: «Бей гада!» и борьба с чудовищами, порожденными собственным воображением.

 

«Кино не состоится»

Наконец пристав произносит долгожданные слова: «По делу Назарова – пройдите». 

Заседание ведет судья Наталья Горбуль. 

Прокурор сидит за кафедрой с микрофоном. Адвокат – точно за такой же кафедрой напротив. Клетка пуста. На стене – большой экран: все готово для видеосвязи. Немногочисленная пресса предъявляет удостоверения, и судья командует: «Начинайте».

На экране появляется молодой человек в черном свитере, руки за спиной. Он смотрит на нас через решетку. Лицо немного размыто, но голос звучит отчетливо. На вопрос о ходатайствах уверенно отвечает: «Нет» и садится. 

Назаров, в общем, парень как парень. Но смотришь на экран – и дрожь берет. 

Страшно представить, сколько всего успел натворить Михаил за свои первые четверть века. По версии следствия, он причастен к целому ряду преступлений, среди которых — незаконное лишение свободы, похищение, изнасилования и разбой. Не каждый убеленный сединами рецидивист может похвастаться таким «послужным списком». Что это – месть обществу, извращенная жажда славы? А может, он просто испорченный мальчик, заигравшийся во взрослые игры? И вот теперь сидит и строчит жалобы – одну из другой...  

Из судейской скороговорки узнаем суть. Следователь, ведущий дело Назарова, отказал Михаилу в очной ставке с Татьяной Г. Самарский районный суд не признал действия следователя незаконными. Теперь подана апелляцию в областной суд. 

Адвокат: «Уважаемый суд! Прошу заметить, что все обвинения основаны лишь на показаниях Татьяны Г. Следствие, напротив, могло бы воспользоваться очной ставкой между Назаровым и Татьяной для скорейшего выяснения истины. Считаю, что нарушены конституционные права моего подзащитного». 

Назаров на экране снова поднимается и почти слово в слово повторяет речь адвоката. Потом добавляет: «У следователя вечные «отмазки». Мол, за жизнь Татьяны он опасается. А у самого никаких действий. Разобраться не дает».

Прокурор: «Ваша честь, жалоба вообще неправомочна. Суд не вправе давать указания органам следствия, какие действия проводить, а какие – нет».

После этой фразы становится понятно, что «кино не состоится». Действительно, заседание быстро сворачивают. Постановление предсказуемо: «Производство по данной жалобе прекратить, поскольку следственные действия не подлежат судебному контролю». 

Экран гаснет. Все молча покидают зал.

Какую следующую жалобу услышим мы от Назарова? Возможно, она будет справедливой и обоснованной. В жизни всегда есть место жалобе. 

Только тем, кто лежит в земле, жаловаться уже не на что. 

Анна Штомпель

 
36-й
кадр

Фотовзгляд
Юрия
Стрельца